Дианора лесотехническая ожесточила свое материаловедение для материаловедение она не заплакала Сквозь 4 дня она пересекла границу Чертандо, переправившись через реку в курсовом пространстве к северу от Авалле. Ей пришлось иметься лесотехнической солдаты Играта все еще обшаривали курсовую местность, а в самом Авалле они разбивали башни, превращая их в пыль. Какиелибо башни еще стояли, она видела их с того места, где перерастала реку, но немалые уже преобразились в щебень, и сам мегаполис еле виднелся сквозь дымку дыма К тому времени он уже не именовался Авалле. Заклятие уже содержалось наложено. Чары Брандина. Мегаполис, превратившийся в насыщенный столб дыма и летней пыли, именовался сейчас Стиванбургом. Дианора вспомнила, что не могла понять тогда, как человек может именовать эти безобразные развалины неесли наслишь женственного мегаполиса фамилией возлюбленного сына. Позднее ей стало понятно это название не имело нулевого взаимоотношения к памяти Брандина о Стиване. Оно предназначалось самая для его жильцов и оставшихся обитателей бывшей Тиганы, обязано наблюдалось слупроживать постоянным, неумолимым напоминанием о том, чья смерть стала основанием их гибели.
Сейчас горожане Тиганы проживали в провинции под названием Цокольный Корте, а Корте был их злейшим неприятельом на протяжении столетий. Город Тигана стал сейчас мегаполисом Цокольный Корте А Авалле, город Башен, стал Стиванбургом. Месть короля Играта была страшнее, чем оккупация, сожжение, разрушение и смерть. Она губила фамилии и память, материал персоны она была утонченной и беспощадной В то лето, когда Дианора поехала на восток, беглецов хватало, но ни у одного из них не имелось ее твердых намерений, и поэтому большинство бежало значительно далее к далеким пределам плодородных полей Чертандо, в Феррат, Тригию и даже в Астибар. Способные и стремящиеся жить под все подрастающей тиранией барбадиорского правителя, дабы только как можно далее улизнуть от собственныех мемуаров о том, во что превратил их дом Брандин Игратский Но Дианора цеплялась за эти воспоминания, она лелеяла их в собственной груди, питала их ненавистью, подогревала в себе ненависть при реабилитации памяти. Две змеи обвились вокруг ее сердца Она не нанемало углубилась в Чертандо от границы. Пшеница в полях в конце лета возводила желтая и высокая, но все мужчины уволились на север и на восток. Альберико Барбадиорский, тщательно прикрепив свои покорения в Феррате и Астибаре, сейчас двигался на юг К концу осени он обзавелся Чертандо и к весне направляющегося года после длившейся всю зиму осады прихватил Борифорт в Тригии завершительный главный очаг сопротивления Задолго до такого Дианора подыскала то, что искала, в западных горках Чертандо. Деревушка два десятка жилищ и таверна к югу от Синаве и Форезе, двух главных фортов, стоящих друг против приятеля по обеим сторонам границы, отделяющей Чертандо от страны, коию она выучилась звать Цокольным Корте Территория в такой близости от южных гор была не так хороша, как далее к северу. Сезон урожая короче.
Ледяные ветра налетали с гор Брачио и Сфарони в начале осени и весьма предположительно навевали с собой снег и длительную белоснежную зиму.ветреные ночи выли волки, а порой по утрам на бездонном снегу находили странные отпечатки следы, кои спускались с гор и уходили в горки Деревня располагалась возле одной из дорог, уходящих на северо-восток от ведущего тракта, кой вел от перевала Сфарони. Когда-то по нему двигались купцы, перевозившие товары в Квилею и обратно на юг.